|
Проголосуйте за это произведение |
Проэзия,
26 апреля 2010 года
Из собрания
"жил-былов".
Жила-была козявка.
Наступила весна. Козявка затомилась душой. А снег всё таял и
таял...
Жил-был игривый
котенок.
Вырос в свирепого кота. Не выходите ночью на улицу!
Жил-был лягушонок.
Сам-то
был склизкий и плюгавенький, а квакал звонко и весело.
Жил-был вечно пьяный
барин. Каждое утро по дороге в трактир, проезжая через поля, он кричал
направо
и налево:
- С днем независимости
вас, лапотники!
- Ежжай
мимо, барин, не скреби по душе...
Отвечали
мужики.
Жила-была на далеком
Енисее крохотная весенняя льдинка. Плыла, плыла к Северному Ледовитому, да и
растаяла...
Жил-был один суперагент. Получил он как-то одно спецзадание. Не
понравилось оно ему. Ногой вышиб дверь вышестоящего начальства, швырнул
удостоверение на стол:
- Без бабы не
пойду!
Шеф развел
руками:
- Совсем оборзели!
Жил-был на одной руке
кулак. Но не постоянно жил, а так - наскоками да
наездами...
Жила-была лярва. Никто не знал, кто она такая. А она жила себе и
жила. Вот только боялась цунами и землетрясений...
Жило-было в одной
стране
отделение ПЕН-клуба. Безобидное было и
самовозлюбленное... Чего только не бывает на белом
свете!
Жил-был сам себе
режиссер. Как он замыслит о себе что-нибудь, так и живет. А вот смерть свою
он
боялся замыслить, и поэтому он всё жил и жил...
Жил-был перелетный
птах.
Вообще-то, он принадлежал к осёдлым породам, но какой-то хохмач-орнитолог
прицепил к его лапе кольцо с навигатором... Ох, и
поносило его по синему небу!
Жил-был молодой
зеленый
огурец. Сам весь в колючих пупырышках. Жил в ботве, потаенно, в руки никому
не
давался.
Жил-был
хлопчатобумажный
носок с дыркой на пятке. Неприхотлив был и жизнестоек, но стираться очень не
любил.
Жил-был политик. Раздобрелый такой, дебелый,
половозрелый...
Жил-был бородатый
лукавец. Лукавил направо и налево, а когда на него напраслину
возводили - очень огорчался.
Жила-была бледная
красавица. Загорать стеснялась, на пляж не ходила. А в витринах павой
проплывала...
Жил-был скульптор
Церетели. Царя Петра изваял, а коня его почему-то не
стал...
Жил-был мужичонка-лупоглазик. Все мужики как мужики: как
огорошат
их чем-нибудь, они глазами - "хлоп-хлоп!", а у этого почему-то "луп-луп!"
выходило...
Жил-был на опушке леса
пикник воскресный. На гитаре бренчал, шутихи в небо пулял. Лоботряс
тот еще был, а вот гадил много...
Жил-был индекс
токийской
товарной биржи. По-русски ни хрена не понимал.
Жила-была в Солнечной
системе неоткрытая планета. От Земли она всегда за Солнцем
пряталась...
Жил-был в Москве
разносчик пиццы. Бывало, схватит список заказов, глазами пробежит по нему,
шарф
со спартаковской символикой вокруг тощей шеи обмотает и - пошел
разносить!
Проголосуйте за это произведение |
Заглянул в книжку твою. Всё с наскоку не одолел, "Адама и Еву" на потом оставил, а из стихов мне больше вего глянулось четверостишие "В Москву вот-вот нагрянет снег", а так же "Болезненное", "Из раннего", "Чужая жена", "Актрисам...", Русский дом" и "Романс старого морского волка". Очень хорошие, сильные, глубокие стихи. Рад за тебя, и рад, что знаком с тобой. Солнышка тебе в жизни, Андрей! Добра и света! В. Э.
|
|
Жил-был вечно пьяный барин. Каждое утро по дороге в трактир, проезжая через поля, он кричал направо и налево:
|
Андрюша Журкин очень мил: ╚Жили-были╩ сотворил!.. Козявка в них и Огурец, Лярва, ПЭНы, ЛукавЕц, лупоглазый Мужичонка, и плюгавый Лягушонка. Суперагент и Пикник... Живёт здесь Перелётный птах Кулак, Носок и Льдинка Обитает на ступнях Носок, а в пятке дырка. Да, разные здесь лица И жизнь в них искрится Отчего ж над ╚Ж╩, друзья, Поразвлечься мне нельзя?
|
Вместо Кулак, Носок и Льдинка следует читать: Кулан, Планета, Льдинка
|
|
Жил-был карандашик. Про всех знал, всех описывал, описывал, описывал, описывал. А про себя - нет. Исписался. Так и не понял, зачем жизнь.
|