TopList Яндекс цитирования
Русский переплет
Портал | Содержание | О нас | Авторам | Новости | Первая десятка | Дискуссионный клуб | Научный форум
-->
Первая десятка "Русского переплета"
Темы дня:

Ещё многих дураков радует бравое слово: революция!

| Обращение к Дмитрию Олеговичу Рогозину по теме "космические угрозы": как сделать систему предупреждения? | Кому давать гранты или сколько в России молодых ученых?
Rambler's Top100
Проголосуйте
за это произведение

 Поэзия
03 января 2017 года

Татьяна Пацаева

 

    Нормальное Распределение...


    Стихотворения.

 

 

 

* * *

Похож на приоткрытые ладони

чуть только распускающийся лист,

как будто аплодирует Природа,

сама себе и зритель, и артист.

 

 

 

* * *

Мы жили на даче в период удачи,

так мало что зная, так много что знача.

Жужжали за жизнь, жарко, жадно, не жаля,

лежали, дружили и не уезжали.

 

А пчелы тонули, лакая наш мед.

Никто и не верил, что это пройдет.

Мы верили жадно, мы верили страстно,

что жизнь бесконечна, добра и прекрасна.

 

Сегодня я слушала спелые травы,

и травы сказали, что мы были правы!

 

 

 

* * *

Снимаю бахилы,

к врачу опоздала,

ни одна бацилла

не пострадала.

 

 

 

* * *

Весна… За что мне такое счастье?

Мы шли, и воздух плотнел от страсти,

как будто бы мы рассекали волны.

 

День зажигался настолько полно,

что это казалось такой вершиной,

с которой вся жизнь до конца обозрима,

и представлялось невероятным,

что может хоть что-нибудь быть неприятным.

 

Было так томно, что мы сидели

в каком-то горящем тюльпанами сквере,

и люди, и звери от нас вдохновлялись.

Плыла вершина. Мы — не спускались.

 

 

 

* * *

Погасли свечи, и княжна,

бог знает, кем окружена,

склонила безупречный профиль

на нежно-кружевную грудь.

Она была уже стара,

ей предстояла до утра

бессонница, тоска и жуть.

 

Она всегда была добра

и целомудренна сверх меры.

Она любила символ веры

и страсть на кончике пера.

 

И женихи её бежали.

Они её не обижали,

а двое даже просто ждали

благоволенья и руки,

но были несколько дерзки.

Так что куражились напрасно.

 

Лицом она была прекрасна,

но целомудренна сверх меры,

и сохранила символ веры

до жути, до лихой тоски,

до слёз, до гробовой доски.

 

 

 

* * *

Цветок распускается взрывом,

и счастье густеет в крови

и вязко стекает по жилам.

Воды концентрату любви!

 

 

 

МОСКОВСКАЯ ЖАРА

Полуголые красотки

украшают зной-жару.

На Садовом пекло-пробки,

а в субару, как в бору,

полутень и мягкий холод,

сладко плавятся слова.

Как калач печется город,

златоглавая Москва.

 

 

 

ДАЧНЫЙ ДОЖДЬ

Дождливая оторванность,
дождливый взгляд на жизнь,
дождливые аллюзии,
на бочке – мокрый слизень.

 

Нет никакой поэзии
в томительном дожде,
там плачут небожители
в печали и вражде.

 

Какая ж это музыка?
Депрессия дождя.
Бездарная репрессия
небесного вождя.

 

 

 

* * *

Идет идеальная пара

на фоне закатных абстракций,

поет золотая фанфара

и не дает расслабляться.

 

Фанфара, как фанфарон,

сверкает в житейской юдоли,

а пара идет без препон…

По небу идет она, что ли?

 

 

 

НОРМАЛЬНОЕ РАСПРЕДЕЛЕНИЕ *

 

’’ p(x) = exp(-x2/(2×s2))/((2×p)1/2×s) ’’

К. Гаусс

 

Рассматривая колокол гауссианы,

я вижу, как она прочна и высока

над серединой человеческого клана,

где вероятность быть нормальным — велика.

 

Я думаю о том, как тяжело, однако,

наш купол давит на края, свою опору,

на тех, кто вытеснен или отмечен знаком,

кто чересчур велик иль низок, кто не впору.

 

Кариатидами, держащими карниз,

они подхватывают этот свод недаром,

чтоб он не грохнулся на твердь земных абсцисс

со звонким апокалиптическим ударом.

 

И раз, Господь, на оба края давит кладь,

и отрицательность — опора бытия.

Так не давай же недалеким отрицать

необозримые далекие края.

 

Ты видишь там калек, на ближних непохожих,

святых и палачей у жизни на краю,

глупцов и мудрецов? Ты им подаришь, Боже,

Тобой забытый дом под лаврами в раю?

 

 

___________________________

* Нормальный или гауссов закон распределения говорит,

что чем больше отклонение от среднего, тем оно менее вероятно.

Соответствующий график имеет вид купола с максимумом

над средним и краями, убывающими до нуля на бесконечности.

 

 

 

КРЕСТ РЕКИ

На реке всё как надо –

тихий плеск, мотыльки.

Жить да жить бы в объятьях

полноводной реки.

 

А русалку тревожит

и мани́т золотой

Крест над Церковью божьей

рядом с вольной рекой.

 

Подплывает поближе,

то вздыхает, то мечется,

хочет быть чем-то большим,

чем речистою нечистью.

 

Но русалка в течении

Полновластной реки

как в плену у влечения…

Мхи от звёзд далеки.

 

Мужики после службы

подошли, и она

всё равно начинает

завлекать их до дна.

 

Можно сколько угодно

рваться сердцем до звёзд,

тело тянет обратно

и, особенно, хвост.

 

Но абстрактная линия,

та, что со-единит

небеса светло-синие

и подземный Аид,

 

образует с той линией,

что лежит вдоль реки,

явный Крест, он огромнее,

чем его двойники.

 

Это – Крест от Природы,

и примеров не счесть

как на нём распинают

нашу нечисть и честь.

 

Но ведь это же счастье –

быть всегда под Крестом,

даже с зыбкой душою,

даже с рыбьим хвостом.

 

 

 

* * *

 

Кай тоже складывал… фигуры из льдин,

и это называлось «ледяной игрой разума».

В его глазах эти фигуры были чудом искусства,

…но никак не мог сложить… слово «вечность».

Г.Х. Андерсен

 

Сталактиты морозной поэзии

в ледяном совершенстве по Цельсию

на холодных губах станут азбукой,

потому что у Кая приказ такой.

 

Герде слезы нужны и дыхание

чтоб размыть совершенства искания,

не отдать Кая в Вечность, аскезе и

поцелуем смыть иней поэзии.

 

 

 

* * *

Живу, как крашу дней квадраты,

но непослушны краски часто,

я набираю винно-красный,

а он ложится желтоватым.

 

Лазурь напоминает дым,

когда кладешь ее без меры,

и в то же время тёмно-серый

вдруг одаряет золотым.

 

Последний день закрашу белым

и стану тихо отходить

всё дальше, чтобы охватить

издалека картину в целом.

 

И тут, весь холст ещё любя,

постигну замысел, идею,

ошеломлюсь, похолодею

и автором признаю – не себя.

 

 

 

КО-ФЕЙНЫЕ СКАЗКИ

Я так много пила растворимого кофе,

что меня посетила кофейная дева,

золотистая, смуглая, ростом в полчашки,

поначалу кричала, что кофе форева.

 

Я уж думала, это реклама продукта,

мол, рекламщики эти пьют кофе до бреда,

а она вдруг смутилась и вкрадчивой стала:

«Разве так постигаются Шакти и Веда?

 

Разве это непентес, амрита и сома?

Так зачем же ты кофе вкушаешь с избытком?

Стихом отворяются двери, молитвой и мантрой,

а не этим горячим и горьким напитком».

 

Тут я крышку прикрыла, мне правды не надо,

и дева исчезла, как призрак незримый,

а в ладони остались кофейные зёрна.

Это странно. Ведь кофе-то был растворимый.

 

 

 

* * *

С какими женщинами жить,

в каких участвовать сраженьях

он думал до изнеможенья ...

 

(читатель, друг, а продолженье

ты сам не мог бы сочинить?)

 

 

 

ИЗНАНКА ВЕСНЫ

Серый бисер рассыпать по небесам

станет осень, сея сумерки, как спам

страсть и славу летних дней приуменьшать,

игры в бисер вместо счастья предлагать.

 

Станет души распрямлять и расслаблять,

полосатым серым пледом укрывать,

как изнанкой эндорфиновой весны,

чтоб унялись мы, спокойны и честны.

 

 



Проголосуйте
за это произведение

Что говорят об этом в Дискуссионном клубе?
337891  2017-01-10 22:06:52
Марина Ершова
- Мило и зарисовочно -нежно. Такой приятный Ненавязчивый стиль.

Русский переплет

Copyright (c) "Русский переплет"

Rambler's Top100