TopList Яндекс цитирования
Русский переплет
Портал | Содержание | О нас | Авторам | Новости | Первая десятка | Дискуссионный клуб | Научный форум
-->
Первая десятка "Русского переплета"
Темы дня:

Ещё многих дураков радует бравое слово: революция!

| Обращение к Дмитрию Олеговичу Рогозину по теме "космические угрозы": как сделать систему предупреждения? | Кому давать гранты или сколько в России молодых ученых?
Rambler's Top100
Проголосуйте
за это произведение

[ ENGLISH ][AUTO] [KOI-8R ] [WINDOWS] [DOS] [ISO-8859]


Русский переплет

 

 

 

Олег Любимов

 

Казаед

Я твердо верю, что дьявол, присутствуя невидимкой,

всегда подслушивает несчастного, который сам себя мучит.

 

Проспер Мериме, Этрусская ваза.

 

 

Пролог

 

Олирна.

 

Х о р а н г е л о в

 

Слава Всевышнему! Слава Создателю!

В вечном слиянии душ, безграничному!

Слава благому Творцу и Мечтателю!

Тайне заоблачной, свету безличному!

 

Слава Грядущему, слава Спасителю!

Сыну воскресшему, сыну бессмертному!

Слава хаоса и тьмы победителю,

Агнцу закланному и распростертому!

 

Слава великому солнцестоянию -

Первопричине любого деяния!

Слава властителю и основанию

Духа и плоти всего мироздания!

 

Н е д а в н о в о з н е с е н н ы е д у ш и

 

Летим, летим, летим, летим!

Глядим, глядим, глядим, глядим!

Живем, живем, живем, живем!

Поем, поем, поем, поем!

 

Х о р а н г е л о в

 

Радуйся, радуйся царство небесное

Душ вознесенью из плена тяжелого.

Ныне усилилась рать бестелесная

Для воплощенья пророчества нового!

 

С е р а ф и м

 

Как мудро, все скрепив безмолвной силой,

Отец воздвиг порядок бытия,

Но суд невежды противоречивый,

Опять уж предугадываю я.

 

М у з а

 

Скрипит перо! Фантазией гонимый

Поэт слагает дерзкую строку,

В глазах его огонь неизъяснимый,

Крылатый конь на бешеном скоку!

 

Остановись, мой мальчик! Но напрасно.

Не слышит он в горячке юных лет.

Его лицо безумно и прекрасно!

Поэт, он даже в гибели поэт!

 

С е р а ф и м

 

Искание истины - извечный путь ошибок.

От них никто, увы, не защищен,

Тропа незрима, мостик слишком зыбок.

Качнет лишь и он в бездну погружен!

 

Х е р у в и м

 

Но, вдруг сорвавшись, не теряй надежды,

Не опускайся на слепое дно.

Открой души всевидящие вежды,

И мы тебя отыщем все равно.

 

Х о р а н г е л о в

 

Славься! Славься! Славься мечты воплощенной полет!

Слово! Слово! Слово, сказанное, не ждет!

Вечно! Вечно! Вечно пусть пребывает твой свет

В сердце! В сердце! В сердце дьяволу места нет!

 

Неба! Неба! Неба благословенный сын!

В бездну! В бездну! В бездну смело шагнул один!

Помним! Помним! Помним славный и скорбный путь!

Всходы! Всходы! Всходы будут когда-нибудь!

 

Стрелы! Стрелы! Стрелы, пронзая миры насквозь!

В каждом! В каждом! В каждом дыхании отозвалось

Пламя! Пламя! Пламя неугасимой любви!

С нами! С нами! С нами вечно лучи твои!

 

Часть 1

 

Скалистая местность.

Закат.

 

К а з а е д

 

Я - вольный дух,

Таинственная сила,

Рождаемая мыслями людей.

Как зеркало души, а не злодей

Я отражаю сущность человека

И истинный мотив его стремлений!

Пусть люди говорят, что я - злой гений,

Обиды не держу... У них

Вся жизнь проходит по известной схеме.

И там, где бьет живительный родник,

Теряя драгоценный миг,

Они ненужных ищут объяснений

Тому, что объясненью неподвластно,

И, время растеряв напрасно,

Во всем клянут судьбу или меня!

За что? И в чем вина моя?

Когда бы я мешал им чем-то

Иль, скажем, за руку держал!

Напротив!.. В трудные моменты

Я людям часто помогал!

И вот, такое непочтенье

Всегда наградой было мне;

Козлом я сделан отпущенья

Для всех живущих на Земле!

Чуть что не так и вот уж крику,

Мол, Сатана всему виной!

Нашли бы хоть одну улику,

Поговорили бы со мной.

Я б отклонил, без промедленья,

Все обвинения тогда,

Чтоб это недоразуменье

Решилось раз и навсегда!

 

Но я наивен; в самом деле,

Для них свобода - это зло

И, если уж на то пошло,

Они б свободы не хотели...

 

Но кто это идет сюда?

Гостей не жду, хоть иногда

Их приглашаю или сам

Спешу по разным адресам,

А нынче я не в настроеньи;

Давно хотелось в отдаленьи

От дел побыть и помечтать

Или над бездной полетать.

Однако же, в закатный час

Судьба не спрашивает нас,

И хоть огромна власть моя

Своей судьбе покорен я.

 

Не ведьма это и не дух;

Кто б мог быть кроме этих двух?

Одежда странника на нем.

Его узнал я! Это он -

Любимец Музы и Парнаса,

Наездник дикого Пегаса,

Бездельник, праведник иль плут?

Кто он? И черти не поймут!

Давно всем голову морочит

И сам не ведает что хочет.

Посмотрим, чем на этот раз,

Решил он позабавить нас.

 

Обыкновенно для людей

Стремиться к гибели своей,

Однако ж, вовсе ни к чему

Пока являться мне ему.

 

Становится невидимым.

На вершину скалы поднимается Поэт.

 

П о э т

 

Что-то стонет внутри... пытаясь,

Криком вырваться из груди!

Воплем яростным! Но по капле

Выжимается... подожди!

Слиты мы воедино с тобою!

Друг без друга не можем жить!

Неразрывно одной судьбою

Мы повенчаны! Как же быть?

Протяни мне, Господь, свою руку!

Не в аду ль я уже? Ответь...

Долго ли мне терпеть эту муку?

От которой спасенье - смерть?...

 

К а з а е д

 

Только я твои жалобы слышу

И давно бы тебе сказал:

Словно гвоздиком, свою душу

Ты нечаянно расковырял.

Хочешь? Нитью своей волшебной

Я заштопаю рану твою?

Откупорю бальзам лечебный,

И душевный покой сохраню.

Ты не думай! Скажи лишь слово,

И смогу я тебе помочь!

Станешь бодр и весел снова,

А страданья отступят прочь.

Я готов подождать с ответом.

 

П о э т

 

Узнаю я твой голос, бес!

Видно на руку тебе это,

Чтоб я в душу к себе не лез.

Что за польза тебе не знаю,

Но лукавишь наверняка,

И хоть мучаюсь я и страдаю,

Силы есть у меня пока.

Твоего мне не нужно зелья!

Я наслышан, какой ценой,

Тем, кто смог разрешить сомненья,

Обходился подарок твой!

 

К а з а е д

 

Лишь попробуй! Почувствуешь сразу

Облегченье своих тревог,

И не надо спешить с отказом,

Я ведь тоже немножко Бог.

Если кто-то, не зная меры,

Разбазарив остаток ума,

Не имеет ни воли, ни веры,

Разве в этом моя вина?

Впрочем, что мне с тобой возиться...

Сам решай, коли так умен.

Я позволю себе удалиться;

Мне наскучил твой жалобный стон.

 

Внезапный порыв ветра и все затихает.

 

П о э т

( Оглядывая окрестности)

 

Семнадцать лет тому уж будет,

Как убежал из дома я;

С цыганским табором кочуя

В чужие, дальние края,

Я видел славные Афины

И величавый Колизей -

Чудесной древности картины,

Творенья дивные людей.

 

Когда я странствовал по свету

Мне вольный ветер по секрету,

Шептал свои стихи, а я,

Невольно становясь поэтом,

Внимал дыханье затая.

 

Я был в Испании! В Мадриде,

Участье принимал в корриде

И, страшной тучей, дикий бык,

Едва меня там не настиг.

Я из Аравии в Бомбей

Плыл с караваном кораблей,

И жуткой силы ураган

Мне богом в спутники был дан.

По джунглям брел я вдоль реки,

Где хищники и пауки

Могли легко меня убить,

Но я тогда остался жить.

Чудес я повидал на свете,

И силу магии сполна

Я испытал, когда в Тибете

Прогневал чем-то колдуна!

Бежать пришлось мне без оглядки,

Но разве с ним сыграешь в прятки!

Едва я смог тогда спастись,

Душою устремляясь ввысь.

Затем, Стамбул, Багдад, Каир

И, обойдя почти весь мир,

Вернулся я в края родные,

Но не найду я отчий кров

И люди все мне здесь - чужие

И в сердце нету теплых слов.

Я вижу лишь угрюмый страх

В их стекленеющих глазах.

 

Вчера меня могли убить.

Лишь чудом я остался жить;

Господь вступился за меня;

На ярмарке, средь бела дня,

Меня сочли за колдуна!

Я шел, вдруг, женщина одна,

До толь лежавшая в пыли,

Лик оторвала от земли,

Меня увидев, задрожала

И в грудь перстом мне указала.

 

"Вот он! - виновник страшной смерти!

Опять его прислали черти

За новой пищей для могил!

Он тот, кто дочь мою убил!

Он порчу на нее навел,

Когда цветок едва расцвел.

И на нее бросал не раз

Колючий взгляд змеиных глаз!

С тех пор уж минули года,

Но вновь явился он сюда,

Чтоб порчей изводить народ,

Уничтожать зерно и скот!

Эй люди! Это чародей!

Спасите же своих детей

От чар и дьявольского зла,

И вырвите его глаза!"

 

Вкруг нас уж выросло кольцо.

Старуха, тыча мне в лицо

Кривой морщинистой рукой,

Уж замахнулася клюкой,

Как вдруг, удар ее хватил,

И захрипев, лишаясь сил,

Она, как срубленный тростник,

Упала наземь в тот же миг.

Толпа тревожно загудела.

Кто знает, как бы вышло дело,

Когда б не крик: "Держите вора!"

Забыв меня, людская свора

Смешалась в общей толкотне

И было то спасеньем мне.

Теперь обратно нет пути,

Коль не хочу я смерть найти.

 

К Поэту подходят двое горожан с решительными

злыми лицами и дубинками в руках.

 

1-ы й Г о р о ж а н и н

(обращаясь к Поэту)

 

Ты кто такой? Чего здесь бродишь?!

Вторые сутки не уходишь,

Как видно не спешишь домой?

Ты это что? Ты кто такой?!

Давай, проваливай отсюда,

Пока тебе не стало худо!

 

П о э т

 

Чего боитесь вы? Скажите!

Какие ужасы таите?

Что заставляет вас бежать?

Насиловать и убивать?

Творить бесчинство и разбой?

Тиран и супостат какой?!

Куда стремитесь вы вслепую

Растратив уйму сил впустую?

Остановитесь! Подождите!

И в душу смело загляните!

И пусть вас не пугает тьма,

Ведь вами создана она!

Рискните, бросив вызов ей,

Зажгите свет в душе своей!

 

2-о й Г о р о ж а н и н

( испуганно)

 

Да он, того, видать блаженный,

Больной дурак обыкновенный.

Оставь его, пускай живет;

Зима наступит, сам помрет.

Бросай свою дубину, брат;

Пойдем ко мне, упьемся брагой,

А с этим свяжешься бродягой,

Так сам же будешь виноват!

 

Уходят.

 

П о э т

 

Не плохо вышло все. Я знал:

Мои старания впустую,

Но выбрав тактику такую,

Побоев ловко избежал,

И, как юродивый, теперь,

Могу стучать в любую дверь.

Сработал снова старый трюк -

Расчет на жалость и испуг.

 

Хочу я отдохнуть с дороги.

Спущусь к реке, омою ноги,

Там посижу на бугорке,

На свежем легком ветерке.

 

Прекрасен воздух, тишь, покой;

Склонились ивы над рекой;

К прозрачной глади там и тут

Прильнув, как кони, воду пьют.

 

Вон стайка девушек смеясь,

Купаться в речке собралась.

Одна из них, подруг смелее,

Изящнее и веселее.

Одежду сбросила она...

Как грациозна и стройна!

Как совершенны очертанья!

Груди прелестной трепетанье...

Она божественно прекрасна!

Но что со мною? Как опасна

Ее святая нагота!

Как роза белая чиста,

К воде идет неторопливо,

Смеется, плещется игриво,

Кувшинку рвет, в косу вплетает,

На камень ножкою ступает...

Меня заметили подруги

И разбегаются в испуге.

Пожалуй, лучше я уйду,

Чтоб не навлечь себе беду.

 

Невдалеке я видел храм;

Доступный четырем ветрам,

Стоит незыблемый колосс,

Стенами в твердь земную врос.

Величье мрачное храня,

Он с детских лет манил меня

Какой-то силой непонятной,

Неизъяснимой, необъятной.

Все время думал я о нем,

И, как-то раз, весенним днем,

Когда с утра толпа народа

Ждала чего-то возле входа

И я украдкой в храм пробрался,

Но, как, увы, я не старался,

Я ничего не разглядел.

Толкаясь среди сотен тел,

В тревоге, сдерживая страх,

Я слушал, со свечей в руках,

Многоголосья дивный хор,

Который помню до сих пор.

Пойду туда и дань отдам

Давно утерянным годам.

 

Подходя к храму.

 

Сегодня я поверил в чудо!

Как дар божественный, она

Была мне послана оттуда,

Где песня ангелов слышна.

Волшебно-нежное сиянье,

Казалось, видел я вокруг

Несмелых юных очертаний

Ее лица, груди и рук!

То ангел был! Я это знаю

И с наслажденьем вспоминаю

Волненье сердца моего!

Оно чудеснее всего...

 

Перед Поэтом проносится мрачная тень.

 

Вот, черт! Какая образина

Вдруг промелькнула предо мной,

И спрятавшись в кустах жасмина,

В тенистом мраке под стеной,

Рычит так злобно и протяжно,

Как волк, иль тигр, или лев,

Здесь поселившийся вальяжно,

Законы всякие презрев.

Не обезьяна, не собака...

Эге, да я тебя встречал!

Когда в лесу по буеракам

Я в темноте ночной блуждал,

Ты хохотал и выл над ухом

И мне мешался на пути

Покрытый шерстью или пухом.

Не думал здесь тебя найти!

Послушай-ка, твои кривлянья

И неудачный макияж

Едва ль, достойны состраданья

И только портят антураж.

А эти жалкие потуги,

С какими вы - ночные слуги

Пугать пытаетесь людей,

Давно все те же! Без затей!

Придумай что-нибудь новее.

Мне долго ждать? Нельзя ль скорее!

Что? Не выходит? Эх, приятель,

Ты оплошал на этот раз.

Не в настроенье был создатель,

Когда из мрака создал вас.

А ну-ка, брысь! Твоим обманом

Я сыт по горло, хитрый плут!

 

Тень пропадает.

 

Исчез, рассыпался туманом,

Как будто он и не был тут.

Свободен путь! Зайду под своды

Духовно культовой свободы!

 

Заходит в храм.

 

Да... Здесь все то же: свет лучами,

Чуть уловимый аромат,

Печально сладкими очами

Святые с образов глядят

На то, как плавно тают свечи;

Здесь полумрак и тишина

И даже днем, как будто вечер

И речь людская не слышна.

А этот старенький священник,

Коль мудрость мерить по годам,

Должно быть, умный собеседник.

Один вопрос ему задам.

 

Подходит к священнику.

 

День добрый, отче. Бедный странник,

Пройдя едва ль не пол-Земли,

Поворотил стопы свои,

И, как вернувшийся изгнанник,

Теперь с трудом я узнаю

Былой уклад в родном краю.

Коль вас ответ не затруднит,

И не смущает вас мой вид,

Прошу вас, расскажите мне,

Что нынче нового в стране?

О чем заботы прихожан,

Селян, почтенных горожан?

Что нравы? Чем живет приход?

И не убавился ль народ?

 

С в я щ е н н и к

Охотно, сын мой. Нынче люди

Не часто стали в храм ходить,

И, если честно говорить,

Не знаю сам, что дальше будет.

Исчезло прежнее влиянье

Церковников и мудрецов,

Никто не верит в покаянье

И заповедям праотцов.

Давно известна в ад дорога:

Карьерой все увлечены!

Священники не верят в бога!

По наученью сатаны,

Как черти лезут в депутаты

Надев сутану и кресты!

Вокруг не люди, а скоты,

Бандиты, воры и сатрапы!

А мы, в ком сердце не остыло,

И в ком Господь еще живет,

Священных слов благую силу

Нести пытаемся в народ.

Да толку мало! Все старанья

Приносят меньше с каждым днем.

Упал доход от подаянья,

И мы не лучше всех живем.

К нам ходят дряхлые старушки

Да кучка нищих у ворот,

Перекочует от пивнушки,

Вот, собственно, и весь приход.

Уродец странный появился,

Не мыт, не брит и видом дик.

А чем живет? Где поселился?

Неведомо. Он лишь на миг

Заглянет в храм и сразу в слезы

И до ночи пойдет реветь;

И ведь не пьяный, а тверезый;

Лохматый, низкий, как медведь.

 

П о э т

 

А как он воет?

 

С в я щ е н н и к

 

Как белуга!

И каждый день, в вечерний час

Вся содрогается округа,

Едва его заслышав глас.

А днем его никто не сыщет;

Он к вечеру приходит лишь

И до утра вкруг храма рыщет,

Ночную нарушая тишь.

Несчастный видно тяжко болен...

 

П о э т

 

Бедняга лучшего достоин.

 

(про себя)

 

Хотя, достоин он едва ли.

Что стало с родиной моей,

Когда уже ночные твари

Селиться стали у церквей?

 

(вслух)

 

Отец мой, я читал писанье

И понял тайный смысл фраз.

Увы, другое толкованье

Давно уж принято у вас.

Смешав вопросы и ответы,

Вы лишь запутали людей...

 

С в я щ е н н и к

 

Мне не пристало слушать это,

И вера в Господа сильней

Любых бесовских откровений.

Как не могучи силы зла,

Всегда сильней их проявлений

Любовь ко ближнему была...

 

П о э т

 

Я эту чушь легко разрушу!

Как можно искренне любить

Того, кто может плюнуть в душу,

Предать, ограбить и убить?

 

С в я щ е н н и к

 

Мой сын, в смирении спасенье...

 

П о э т

 

Нет, здесь я вижу искаженье!

Недаром дьявол столь силен

И с незапамятных времен,

Он подменил изображенье.

Добавив в этот мир печали,

Он ложь вложил в сердца людей,

Которая годна, едва ли,

Лишь для безумцев и ханжей!

 

С в я щ е н н и к

 

Ломать устои вековые

И что-то снова создавать,

Всегда стремились молодые...

 

П о э т

 

Ах, отче! Дайте досказать!

Я не ломать хочу, исправить

Ошибку вашу и просчет.

До коль не мысля бога славить

И одурманивать народ

Способны вы, в тупом упрямстве

Твердя набор священных фраз,

Которых многие из вас,

Увы, с безмозглым постоянством

И не пытаются понять!

 

С в я щ е н н и к

 

Что ж этим хочешь ты сказать?

Что церковь, дьяволу в угоду,

Уж больше не нужна народу?

 

П о э т

 

Нет, отче! Нужно толкованье

Того таинственного знанья,

Которое уже давно

В святом писании дано.

А театральные обряды

И сладковатое питье,

Когда богатые наряды

И заунывное нытье

Играют роли основные,

Вредят доверью; лишь слепые

Способны верить вам, отец!

Поймите это...

 

С в я щ е н н и к

 

Стой, юнец!

Мой мальчик, всякое деянье

Лишь кровью обагряет мир.

Не тронь вероисповеданья

И святости ориентир!

Он нужен людям, как надежда

На всепрощение грехов,

Как пища, кров или одежда.

Ты знаешь сам, что мир таков!

И в нем жестокости не мало,

Но, если будет все, как есть,

Прекрасно! Хуже бы не стало!

 

П о э т

 

Что ж, жить по милости Творца,

Дрожать в предчувствии конца,

И не пытаться самому

Душой приблизиться к Нему?

 

С в я щ е н н и к

 

Чего ты хочешь от меня?

Я стар, мне жизни не осталось

И, что бы в мире не менялось,

Во мне уж не зажечь огня.

Иди, коль хочешь, проповедуй,

Учи, коль знаешь, как учить,

Но помни лишь, какие беды

Тебе придется пережить!

Каким гонениям ужасным

Тотчас подвергнут будешь ты;

Тогда узнаешь, как опасны

Неосторожные мечты!

А впрочем, ты читал писанье

И должен знать о наказаньи...

 

Ты молод! Для чего всем этим

Себе ты голову забил?

Поверь мне, я свое отжил

И понял многое на свете.

Кому дано, всегда услышит,

Найдет божественную нить,

А мы должны лишь сохранить

Все то, что святостию дышит.

Не занимайся всяким вздором,

Женись, создай свою семью,

А ересь тяжкую твою

Замолим мы церковным хором.

Живи, как все, молись о счастье,

Рожай детей, а о душе,

Чтоб с Богом ей найти согласье,

Мы позаботимся уже.

 

П о э т

 

Да...Вас уж не перебороть.

Прощайте же!

 

С в я щ е н н и к

 

Храни Господь.

 

П о э т

(выходя из храма)

 

Скорей от этого зануды

На волю, за город, к реке!

Оставив каменные груды

В пыльно - чихающей тоске!

На мыс крутой у диких скал

Теперь мне надо торопиться;

Я солнцу нынче обещал,

Что вечером приду проститься...

 

Поздние сумерки.

Над рекой стелется густой туман.

К а з а е д

(обращаясь к зрителям)

 

Напрасно скромничать не буду:

Незримо я всегда повсюду

И знаю все про каждого из вас!

Не страшно? Всякий день и час

Я с вами рядом... Впечатляет?

Признаться, так надоедает.

Все люди меж собою схожи,

День ото дня, одно и тоже;

Нет даже тени обновленья,

Хотя, отдельные явленья

Все ж возникают иногда,

И забавляюсь я тогда.

 

Мне старики неинтересны,

Они дряхлы и бестелесны;

Бессилье душит старичье,

Что им внимание мое?

 

Тут есть один поэт влюбленный;

Глупейшим чувством окрыленный,

Он никого вокруг не слышит,

Посланье за посланьем пишет

Любовных грез своих предмету,

Как и положено поэту.

Но тактика его не прочна;

В делах амурных, знаю точно,

Чтоб о себе составить мненье

Нужны браслеты и каменья,

А он - чудак. Стишки ей дарит,

Решив, что письмами заставит

Ее любовь заговорить.

Такое, вряд ли, может быть.

Я не могу себе представить,

Как мне ума ему добавить?

При помощи каких уловок

Открыть вершину простоты?

Коль ты не трус, а храбр и ловок,

Хватай ее, тащи в кусты...

Восторжествует пусть природа!

Вулкан страстей и буря чувств!

Как ураган средь небосвода,

Срывая крик с невинных уст,

Пари на крыльях наслажденья,

Осуществи свои мечты,

Доверься воле проведенья,

Орудие которой - ты!

Когда горячий вихрь желанья

Освободится от оков,

Почувствуй силу обладанья,

Сорви таинственный покров!

И удивишься сам в итоге,

Как бесполезно ты страдал.

То, что хотят, берут лишь боги!

Ты захотел и Богом стал!

К чему безумные терзанья,

Раздумий тяжких маета?

Осуществляй свои желанья,

Все остальное - суета!

Закон один! И бабье племя

Должно принять мужское семя!

Когда ж утихнет трепетанье,

То ты увидишь на прощанье,

Как вся любовь сойдет на нет

И никакой в ней тайны нет.

Но он меня опять не слышит.

Пора взглянуть, что там он пишет?..

 

Лунная ночь. Поэт один.

 

П о э т

 

О, что мне делать?

Я в смятеньи...

Уже не первое письмо

Я ей пишу, но нет ответа...

Не уж то может значить это,

Что я не мил ей?

 

К а з а е д

 

Может, может...

П о э т

 

Меня любовный пламень гложет;

Весь мир вокруг - то ад, то рай,

И чувства хлещут через край.

Я позабыл покой и сон,

Горячкой этой изможден.

Мечтой одною лишь живу:

К своей груди ее прижму,

Скажу ей: "Ангел, ты со мною."

И поцелуями покрою

Ее прекрасные черты.

О, эти сладкие мечты...

 

Когда бы знать,

Что хоть немножко

Она тоскует обо мне,

Я б заглянул в ее окошко

Лучом скользящим по земле,

Омыл бы утренней росою

И в край чудесный за собою

Вдыхая грудью воздух чистый

Унес бы, как зефир игристый!

Там на серебряных просторах,

В золото - красочных уборах,

Где птицы райские поют,

Где только счастье и уют,

Я поцелую ее вновь

И подарю свою любовь!

 

К а з а е д

 

Ну что же, очень даже мило,

Но как-то мало страсти, силы;

Кругом фантазии одни;

Не долго могут жить они.

Но, уступив его настрою,

Я встречу с ней ему устрою...

Посмотрим, чем ему поможет

Все то, что он сказать ей сможет.

 

Исчезает.

 

П о э т

 

Еще вчера я был во тьме,

И дьявол приходил ко мне,

А я дрожал, пути не зная,

И горький опыт познавая,

В дремотном сумраке блуждал

И смерть, безумец, призывал.

Мне страшно вспомнить эти дни.

Глубокий след смогли они

Во мне оставить навсегда,

Но чудо! Минула беда!

Иначе стало все теперь,

Как будто приоткрылась дверь

В моей душе и внутрь смог

Проникнуть воздуха глоток.

И вот, вдохнув, я очарован,

Волшебной силой околдован

И, кажется, могу летать;

Мне хочется луну достать

И гроздья звезд срывать рукой!

Встряхнув от пыли вековой

Ночного неба полотно,

Серебро - черное руно

Хочу сложить к ее ногам!

И жизнь безропотно отдам

За нежный взгляд прекрасных глаз,

За поцелуй, свиданья час!

Я все могу, границ не зная!

Весь мир, от края и до края,

Всю белизну сиянья дня,

Лишь ей одной хотел бы я,

Как дар любви моей вручить!

Как счастлив я! Как сладко жить!

 

...Появляется Роза под руку с Казаедом.

Он что-то шепчет ей на ухо, от чего она смеется.

Заметив Поэта, чарующе улыбается ему.

 

Р о з а

 

Я ваши письма прочитала,

Но право же, в том проку мало,

Хотя волнение в груди

Слегка при этом испытала.

Там все один любовный бред

И ничего в них больше нет.

Чем подкрепить способен ты

Свои любовные мечты?

Достаточно ли ты богат?

Имеешь дом, прислугу, сад?

 

П о э т

 

Нет, я - скиталец. У меня

Нет ничего день ото дня.

 

Р о з а

(отстраняясь)

 

Тогда, быть может, на примете

У вас богатая родня?

 

П о э т

 

Нет, я один на целом свете

И никого нет у меня.

 

Р о з а

 

Так вы - обычный ловелас!

Полно шатается тут вас -

Охотников до грешных дел

И молодых девичьих тел!

У вас одно лишь на уме:

Свиданья ночью при луне!

Вы - честных девушек губитель,

Коварный, хитрый соблазнитель!

От нас несчастных одного

Вам надо. Больше ничего!

 

П о э т

 

Нет... я, поверь мне, не такой!

Смешно и страшно слышать это.

Отвергнув все соблазны света

Навек хочу я быть с тобой!

Коль узы брака столь весомы,

То я готов их заключить...

 

Р о з а

 

Но где с тобой мы будем жить,

Коль у тебя ни средств, ни дома?

 

П о э т

 

Мой дом - природа. И иного

На свете мне не нужно крова.

 

Р о з а

 

Так ты - бродяга? Голодранец?

Любви он захотел, поганец!

Имел бы совесть наконец!

Вы видели, каков наглец?

Не нажил в жизни ничего,

А я, должна любить его!

 

Ну, так и быть! Согласна я.

Теперь откройся не тая,

Как представляешь жизнь со мною,

Коль назовешь своей женою?

Ужель ты думаешь, что я

Покину милые края,

Друзей, подружек, отчий дом,

И побреду с тобой вдвоем

Туда, где призрачность одна

Лишь неизвестностью полна?

 

П о э т

 

Нам Бог не даст с тобой пропасть

На все, поверь, его есть власть.

 

Р о з а

 

Опять я слышу книжный бред,

У них всегда готов ответ.

Зачем мне нищенки сума?

Я не сошла еще с ума!

А если, вдруг, родятся дети?

 

П о э т

 

Бог даст им счастие на свете.

 

Р о з а

 

На бога все свалил опять!

Не уж то веришь сказкам этим?

Всему бывает свой предел,

Его ты, видно, проглядел.

А может ты - умом ребенок,

Едва взглянувший из пеленок?

Тогда прощай! Ищи свой путь,

А обо мне навек забудь!

Меня ты понял? До свиданья.

 

П о э т

 

Прощай, небесное созданье.

Я верю, что наступит час,

Любовь однажды сблизит нас...

В тревожном вихре серых дней

Не умереть любви моей.

 

Поэт уходит.

 

Р о з а

 

Пора и вправду под венец.

Чтоб посоветовал отец?

И что бы мать сказать могла,

Когда б она была жива?

Но некому совет мне дать;

Мертвы мои отец и мать...

На кладбище они лежат

И не вернутся уж назад....

 

Родня моя была богата;

У матери имелось злато;

Отец большой построил дом;

Мы были счастливы втроем,

Когда нежданною бедой,

Смерть увела их за собой.

 

Все после них досталось мне,

И я жила по старине;

Тихонько вещи продавала

И до сих пор нужды не знала,

Но деньги кончились и вот,

Стучится бедность у ворот.

 

Недавно видела я сон,

Но мне казался явью он;

Так часто сладостный Морфей

Дурман наводит на людей.

Светила полная луна,

Вокруг немая тишина,

Ни шороха, ни ветерка,

Застыли в небе облака;

Деревья словно корабли,

Туманом скрыты от земли;

И я, ступая осторожно,

Иду, а на душе тревожно.

Вдруг вижу: всадник на коне

Летит стрелой навстречу мне;

Несется конь, земля дрожит

Под тяжким бременем копыт!

В испуге я бегу назад,

Но изменился дикий сад,

Уж нет его лишь чисто поле

И негде мне укрыться боле.

Я слышу тяжкое дыханье

Разгоряченного коня,

Доспехов звонкое бряцанье,

Спасенья нету у меня,

Совсем уж близко он, вот-вот,

Меня настигнет и сомнет.

Лишившись сил, я пала ниц.

Все стихло. Сквозь туман ресниц

Я вижу, что передо мной

Стоит красавец молодой.

Сверкают латы золотые,

И кудри черные густые

Волною шелковой до плеч,

А к поясу прикреплен меч.

 

Меня он ласково зовет

И нежно за руку берет.

Мы улыбаемся друг другу

И я, не чувствуя испуга,

Во всем его подвластна воле

И о себе не помню боле.

"Летим со мною!"- он сказал

И вдаль рукою указал.

"Я знаю все твои мечты.

Поверь, не пожалеешь ты!"

Одним движеньем, он меня

Легко сажает на коня,

И мы взмываем в вышину,

Пронзая свистом тишину.

 

Сгустилась ночь и воздух сух,

От страха захватило дух;

Несет нас богатырский конь,

А из ноздрей его огонь.

Не слышно цоканья подков;

Сквозь рваный облачный покров,

Мелькая тускло городами,

Земля проносится под нами.

 

Мы опустились у реки.

Блуждающие огоньки

Тотчас спешат со всех сторон

И освещают ветхий дом.

Травой и диким мхом зарос,

Он словно каменный утес

Стоит среди лесной глуши,

На берегу в ночной тиши.

А рыцарь, твердою рукой

Ведет меня вслед за собой,

Тугую отворяет дверь

Со ржавым скрежетом петель,

Учтиво голову склоняет

И жестом внутрь приглашает.

 

Лишь только мы ступили в дом,

Как оживилось все кругом,

В глаза ударил яркий свет,

Но чудо!.. В доме комнат нет!

Вокруг меня сияет град!

В разгаре дивный маскарад!

Летят шальные карусели,

Безумно мечутся качели,

Все кувыркается вверх дном,

Гремит и ходит ходуном!

Мне спутник молвит: "Посмотри,

Мое жилище изнутри.

Перед тобою рай земной

Предстал волшебною страной!

Тут можно годы напролет,

Не зная тягот и забот,

Петь, веселиться и плясать,

Кружить и по небу летать!

Не правда ли, чудесно здесь?

И для тебя тут место есть.

Коли останешься со мною

Моей царицей и женою,

Клянусь короной золотой,

Весь этот город будет твой!"

 

От вихря новых впечатлений

Слегка кружится голова,

И быстротой перемещений

Я, кажется, опьянена.

Все громче музыка играет,

Вдруг он склоняется ко мне,

Вплотную лик свой приближает

И будто показалось мне,

Как в дымке, жуткое виденье.

Качнулась я, сказала: "Ах!"

И ощутила в то мгновенье

Жар поцелуя на губах.

 

Когда же на рассвете дня,

Почти без сил проснулась я,

То с грустью убедилась в том,

Что это был всего лишь сон.

Обычный сон...

За что? О, Боже,

Я красотой награждена?

Кто объяснить мне это может,

В чем пред тобой моя вина?

Будь я дурнушкою иль хромой,

Мне легче было бы прожить.

Сидела бы тихонько дома,

Стесняясь к людям выходить.

А так, где б я не появилась,

Вокруг поклонников толпа;

Уже не раз я убедилась,

Беду приносит красота!

Повсюду сальные лишь взгляды,

Намеки, пошлости и грязь.

Куда ни глянь, все были б рады,

Когда бы им я отдалась.

Мне старцы, едко улыбаясь,

Беззубо шепчут о любви,

И, нежно к ручке прикасаясь,

Сулят богатства мне свои.

Юнцы безусые, поэты,

Художники и прочий люд,

Мне пишут страстные сонеты

И, видимо, ответа ждут.

Всегда их помыслы известны,

Не стоит даже говорить;

Глупы мужчины повсеместно.

О, Господи! Как скучно жить!

Хватает одного лишь взгляда,

Чтобы понять, чего им надо!

 

Но все ж надеяться я буду

На счастье, на любовь, на чудо!

Быть может, как в заветном сне,

Примчится витязь на коне

И скажет: "Милая моя,

Ты для меня - сиянье дня!

Стань мне царицей и женой!"

Ну, где же ты, спаситель мой?

 

Еще я подожду немножко,

А там и выброшусь в окошко,

Иль на суку я удавлюсь,

Иль в тихой речке утоплюсь.

 

К а з а е д

( всхлипывая )

 

Жаль бедняжку.

Аж проняла меня слеза;

Какое тело, а глаза...

И все должно пропасть впустую?

Кто выдумал судьбу такую?

Вот уж действительно, злой гений,

Припас для каждого мучений.

А разве не смертельный грех

Терзать, губить и мучить всех?!

 

Терпению настал предел,

Вмешаюсь я в теченье дел!

Такая красота должна

Быть от невзгод защищена

И украшать собою мир,

Как совершенства орьентир!

Я поменяю все вокруг.

Там, где лежал широкий луг

И пастухи пасли овец,

К утру я выстрою дворец.

Туда чудесную красу

Я спящею перенесу,

В богатой спальне уложу

И тишиною окружу.

 

Объята пеленою сна

Забудет прошлое она,

И ночью без конца и края

Приснится ей судьба другая.

Я подарю ей это царство

И обустрою государство,

А все народонаселенье

Переведу ей в подчиненье.

Пусть армия и мощный флот

Могучий создадут оплот,

Надежно защитив границы

И подступы к ее столице.

А только лишь она проснется

И солнцу нежно улыбнется,

Встречая утра трепетанье,

Пусть первое ее желанье

Осуществится в тот же час

И это уж в последний раз.

 

 

Раннее утро.

Внутренние покои дворца.

 

Р о з а

( просыпаясь )

 

Эй, слуги!

 

( входят слуги )

 

Слуги, прочь подите...

Ну, что как олухи глядите?

 

( слуги удаляются )

 

Опять все также, как вчера.

Весь этот бархат, кружева,

Колье, наряды, замок, двор

Не радуют меня с тех пор,

Как мне в подарок из Египта

Отрывок древний манускрипта

Прислал влюбленный фараон.

В своем посланье пишет он:

В груди его огонь пылает,

Давно покоя он не знает,

И, дескать, не найдется уст,

Чтоб описать ту бурю чувств,

Какую он ко мне питает.

А, чтобы не было сомнений

В серьезности его стремлений,

Он у дворца соорудит

Подобье древних пирамид.

Еще в подарок крокодила

Прислал он мне с низовьев Нила,

Три дюжины жемчужных ниток,

Но главное: старинный свиток!

 

Пергаменту сто тысяч лет,

Древней его на свете нет.

Весь тайнописью испещрен,

Жрецами охранялся он.

Не разрешалось никому

На шаг приблизиться к нему.

Кто знаки эти разберет,

Власть над природой обретет,

Проникнув в тайны бытия.

Неужто здесь судьба моя?

 

Коль предложение приму

И с благосклонностью к нему

Я отнесусь, то у жрецов,

Он тайну выведать готов.

Под пыткой все они расскажут

И ключ к могуществу укажут.

 

Могла ли раньше я мечтать

Стихиями повелевать?

Лишь захочу, возникнут горы,

Где спят равнинные просторы,

Одним движением руки

Смирю течение реки,

Огнем смогу я управлять,

Тайфун и бурю вызывать,

Передо мною Океан

Склонит свой горделивый стан,

И будут мне всегда послушны:

Огонь, вода, эфир и суша!

 

Я молода, умна, богата

Ломятся сундуки от злата.

Ни в чем отказа я не знала

И все на свете испытала,

Но чаша выпита до дна!

Хочу я быть посвящена

В секрет таинственного знанья.

Нет в сердце большего желанья.

О, как ничтожна денег власть!

В душе моей пылает страсть

Над всей природой воцариться!

 

К а з а е д

 

Да будет так! И да свершится!

 

Казаед хватает Розу за руку.

Вокруг них вспыхивает огонь.

 

Распахнуты двери!

Войди, не бойся...

Ждет новизна!

Кровью умойся

Младенцев невинных,

Зарезанных ради тебя!

 

Пей молоко матерей!

Им не дано нянчить детей!..

Ради тебя!

 

Открой свою душу,

Слушай

Дыхание тьмы,

Почуявшей свет!

Тебя больше нет!

Ты везде! В пустоте,

Наполненной смыслом жизни!

 

Делай смелее шаг!

Нет здесь врагов,

Ты - сама себе враг!

Разрывая границы вселенной,

Выходи за пределы!

Теперь, ты - это все!

 

Огонь охватывает их, и они исчезают

в бушующем пламени.

 

К а з а е д

(появляясь)

 

Как искра вспыхнула

И обратилась в прах...

Не выдержал сосуд хрустальный

Прозрачность молнии... Печальный,

Но в высшей степени таинственный финал!

И хоть итог я наперед не знал,

Уверен, что загадочней его

На этом свете нету ничего!

Мечтают многие, минуя тленье,

Стать вечностью, хотя бы на мгновенье!

И разорвав обыденности круг,

Все потерять, но избежать забвенья!

 

Городская площадь.

 

К о м п а н и я

п а р н е й и д е в у ш е к

 

В селении переполох,

Исчезла Роза, нет следов.

Как видно, на свою беду

Пошла гулять она в саду.

 

Всю ночь искали, не нашли.

Все закоулки обошли,

Дома, подвалы и амбары;

Везде смотрели, толку мало.

 

Лишь только начало светать

Мужчины в лес пошли искать.

Быть может лютый дикий зверь

Терзает бедную теперь?

 

На озере и вдоль реки

Баграми шарят рыбаки.

Уже ль русалочий убор

Она наденет с этих пор?

 

А может странник кочевой

Увел ее вслед за собой?

Он письма часто ей писал,

В округе каждый это знал.

 

О чем они поймет любой.

Да вот он сам! А ну-ка, стой!

Не ускользнуть от нас тебе!

Хватай его! Веди к судье!

 

 

Городская ратуша. Суд.

Столпотворение.

 

1-ый Г о р о ж а н и н

 

Судить сегодня будут душегубца;

За все с него потребуют ответ.

 

2-ой Г о р о ж а н и н

 

Ему сегодня может улыбнуться

Короткая дорога на тот свет.

 

1-ый Г о р о ж а н и н

 

Я слышал, будто темными ночами,

Он девушек невинных поджидал,

Сперва пугал их странными речами,

А после в грудь вонзал кинжал.

 

2-ой Г о р о ж а н и н

 

Пробраться ближе думать глупо;

Забит народом душный зал.

 

1-ый Г о р о ж а н и н

 

А, чтоб избавиться от трупа,

Он до утра его съедал!

Чудовище! Маньяк ужасный!

 

2-ой Г о р о ж а н и н

 

Да, он - покойник, случай ясный.

 

1-ый Г о р о ж а н и н

 

Признаться суд его заставит!

 

2-ой Г о р о ж а н и н

 

Повесят или обезглавят?

 

С у д ь я

 

Угомонитесь, горожане!

Я требую молчанья в зале!

Тут не базар и не корчма,

А государственность сама

Вершит свой справедливый суд,

Здесь Бога и законность чтут.

Торжественный момент настал,

И я прошу утихнуть зал.

 

Сегодня на повестке дня

Четыре дела у меня.

По сути, первое такое:

Цирюльник съел в корчме жаркое,

Но не доволен им остался

И расплатиться отказался.

Мы в ту корчму инспекторов:

Судей, экспертов, докторов,

С ревизией и депутатом

Направили для дегустата.

Комиссия, работав год,

Дала подробный нам отчет:

На вкус, готовят там отменно

И качество еды - примерно!

Великолепное жаркое,

А также многое другое.

И потому, решили мы,

Что прав хозяин той корчмы.

Цирюльник! Будешь брить его,

Взамен не требуй ничего!

А чтоб спокойно и без спешки

Покрыть судебные издержки -

Бесплатно будешь брить всегда

Всех членов нашего суда.

И для себя запомни впредь,

Чтобы на людях не краснеть:

Коль не понравилось жаркое,

Не ешь его, возьми другое.

 

Второе дело о разводе -

Явленье частое в народе.

Раздел хозяйства и надела -

Вот основная трудность дела.

Решить его берусь я с хода!

Пусть все, что есть мужского рода,

Включая дом, амбар, коня,

Супруг оставит у себя.

Телегу, лошадь и подпругу,

Пускай берет себе супруга.

 

По делу третьему донос,

Его священник нам принес.

Он обвиняет свое тело

В том, что греха оно хотело,

К тому ж, в еде границ не знает

И из под рясы выпирает,

Святым иконам корчит рожи

И даже пукнуть в церкви может!

Он просит возбужденья дела

Против разнузданного тела.

Оно мешает ему жить

И честно Господу служить!

 

Едва я стал решать вопрос,

Как муха укусила в нос,

Чирикнул воробей в саду,

Лягушка квакнула в пруду,

Ворона каркнула на ветке,

А попугай в железной клетке,

Нахохлившись и глянув смело,

Вдруг заорал: "Не наше дело!"

И смысл в том увидев я

Решил, что бог ему судья!

Вот так порою даже птица

В делах судебных пригодится.

 

Вопрос четвертый к рассмотренью

Предъявлен нам без замедленья.

Тут случай редкий и ужасный:

Красавица, цветок прекрасный

Похищена или убита!..

Введите этого бандита.

 

(приводят Поэта)

 

Как звать тебя? Какого рода?

Какого города, народа?

Откуда ты и чем живешь?

Пасешь ли скот, иль сеешь рожь?

 

П о э т

 

Зовусь я просто: человек;

Мой дом - Земля, ее просторы,

Поля, леса, озера, горы,

Пустыни и долины рек.

Скот не пасу и рожь не сею,

И ткать ковры я не умею,

В пути проходит жизнь моя,

Но, если в чем нуждаюсь я,

То к Богу устремлюсь в мольбе,

Чтоб он помог моей судьбе.

 

С у д ь я

 

Ответ тобой не ясный дан.

Скажи нам просто: ты цыган?

 

П о э т

 

Пусть так - цыган, ведь люди эти

Не хуже остальных на свете.

 

С у д ь я

 

На этот счет, твои сужденья

Не интересны никому.

Сегодня, тема обсужденья -

Тот факт, что ты попал в тюрьму.

Без денег и без документов,

Без имени и без родни,

Лишь позволительно студенту

Шататься в праздничные дни!

В труде хранится добродетель,

Тому народ и Бог свидетель!

От праздной жизни и безделья

Едва ли шаг до преступленья.

Ты письма эти написал?

 

П о э т

 

Да, почерк мой. Я их узнал.

 

С у д ь я

(про себя)

 

Признался с первой он попытки!

И не потребовалось пытки.

 

(в зал)

 

Они нам послужить должны,

Как доказательства вины.

В них страшный смысл отображен,

Поведает о многом он.

Я прочитаю лишь одно;

В нем заключается зерно,

И все мотивы преступленья

Нам станут ясны чрез мгновенье.

 

(разворачивает письмо и читает)

 

Здравствуй, Прекрасный цветок!

Нежный бесценный мой друг!

Ты, неземной красотой

Мир ослепила вокруг!

 

И покорен белый свет;

Солнце и звезды, смутясь,

Скрывшись в густых облаках;

Ждут свой черед затаясь.

 

Знаю я, только лишь ты

Им позволяешь светить;

Ангел земной красоты,

Можно ль, тебя не любить?!

 

(перестав читать, недоуменно смотрит в зал)

 

Это чудовищный бред;

Здравого смысла в нем нет!

Но, чтобы правду узнать,

Должен я все прочитать.

 

(продолжает читать)

 

Нет! Не отыщется слов

Высказать чувства мои;

Голосом сердца звучит

Огненный вихрь любви!

 

Лишь позови и приду

Я все преграды круша;

Страсти бушует огонь,

Адом пылает душа!

 

Я проклинаю любовь,

Бьет беспощадно она,

Сердце мое пропитав

Ядом желанья до дна!

 

( прерывая чтение )

 

Ага! Вот главная причина!

Себя он выдал, дурачина.

Не смог, бедняга обуздать

Желанье девой обладать,

Вот и пошел на преступленье!

 

Не скрою, существует мненье,

Что, дескать, и ее вина

Здесь косвенно отражена,

Что, мол, она того не зная,

Его невольно соблазняя

Своею дивной красотой,

Сама была всему виной.

Конечно, мы не пуритане,

Но все же, посудите сами,

В основе многих преступлений

Печать моральных разложений,

Которыми наводнена,

Увы, сегодня вся страна.

Коль скоро, мы не примем меры,

Как от чумы иль от холеры,

Распущенность, неровен час,

Как мрак ночной поглотит!

Во избежанье многих бед,

Был образован комитет

Спасенья нравственных устоев.

Великой чести удостоив

Меня, как здешнего судью,

Он мне петицию свою

Вручил, чтоб я ее до вас

Донес, как до широких масс.

Отмечу, суть ее проста:

Все женщины, моложе ста,

Не появляясь неглиже,

Всегда должны быть в парандже!

Когда ж, насильник покусится

На честь матроны иль девицы,

Тотчас сажать его в тюрьму!

Свободы не видать ему,

Пока, он всю мужскую силу

Не унесет с собой в могилу.

 

Ну что ж, мы можем в полной мере

Проверить на живом примере,

Сколь эффективен метод сей

И применим ли для людей.

Чтобы окончить заседанье

Мне нужен пустячок - признанье.

Все ясно здесь без лишних слов

И дело я закрыть готов.

 

(поэту)

 

Ну что ты хлопаешь глазами,

Как архирей под образами?

Не мучай же себя и нас,

Сознайся, вот и весь рассказ!

 

П о э т

 

Я ничего не понимаю

И за собой вины не знаю.

И лишь по недоразуменью

Я подвергаюсь заключенью.

 

Гул неодобрения.

 

С у д ь я

 

Ах вот, как ты заговорил?!

Я даром трачу уйму сил,

Чтоб оправдание найти

И жизнь бездельника спасти,

А он?!.. Когда бы знать мне раньше!

Что ж, вынужден читать я дальше.

 

(продолжает читать)

 

Ненависть, страсть и любовь,

В чаше безумья смешав,

Пью смертоносную боль,

В адскую бездну упав!

 

Где же вы, демоны снов?!

Ну же, прейдите ко мне!

Ради тебя, я готов

Душу продать сатане!

 

Пусть! Мне не страшны ничуть

Вечные муки в аду,

Если ответный огонь

В сердце твоем я найду!

 

Волнение в зале.

Судья поднимает голову и

многозначительно смотрит в зал.

 

Здесь комментарии излишни;

Его накажет и всевышний,

Мы же собрались, чтобы тут

Ему людской устроить суд.

 

(складывая письмо)

 

Таких как это, писем груду,

Я вам зачитывать не буду.

Найти их нам помог лишь случай,

Среди двора в навозной куче.

Сомнений нет, что эти крики,

Содержат тяжкие улики.

Позвольте предоставить слово

Для обвиненья, прокурору.

 

П р о к у р о р

 

Во всем нам разобраться надо!

Кто он!? Маньяк! Исчадье ада!

Ему нигде покоя нет,

Он ненавидит белый свет.

Обиду в сердце затая,

Как ядовитая змея,

Из края в край переползая,

Нигде пристанища не зная,

Свою он жертву поджидал

И только случая искал,

Чтоб ненависть свою лихую

Обрушить на судьбу чужую!

Все темное влечется к свету

И подтверждая мудрость эту,

Он девой чистой соблазнился

И к обладанию стремился

Прекрасным ангелом небесным,

Нежнейшим, юным и прелестным,

Но все старания его

Не приносили ничего.

Он заклинал ее мольбами,

Пугал безумными речами,

А страстью воспылав вдвойне,

Он обратился к сатане!

И под влияньем темных сил,

Когда пришла пора ночная,

Ее, безумно проклиная,

В порыве бешенства, убил!

 

Вопли и свист в зале.

 

С у д ь я

(обращаясь к Поэту)

 

Виновен ты, нам ясно дело.

Куда, скажи, ты спрятал тело?

Покайся, грех сними с души

И все, как было, опиши.

Упорствовать решил ты зря!

Доказана вина твоя!

Чего достоин ты, послушай:

Сперва, тебе отрежут уши,

Зальют смолы кипящей в рот,

Посадят крысу на живот,

Прибьют к позорному столбу,

Клеймо прожгут тебе на лбу,

Поджарят пятки, колесуют,

Посадят на кол, четвертуют,

Язык отрежут, лишь затем,

Отрубят голову совсем.

Мучений пострашней, чем эти,

Едва ли сыщется на свете!

Чистосердечное ж признанье

Тебе облегчит наказанье.

Все "за" и "против" судьи взвесят

И, может быть, тебя повесят.

 

П о э т

 

Пропал моей любимой след,

Поверить в это силы нет.

Она была моей звездой

И ввысь манила за собой.

Пусть я обманывал себя,

Но все ж безудержно любя,

Я жизнь готов был ей отдать,

Скитаться, мучаться, страдать,

Сразиться с полчищем врагов,

Ради нее, я был готов;

Теперь не мил мне белый свет

И смысла жить мне больше нет.

 

С у д ь я

 

По юридическим канонам

Для соблюдения закона,

Теперь судебная палата

Должна услышать адвоката.

 

А д в о к а т

 

Достопочтеннейший судья,

Давно готова речь моя.

Она стройна и лаконична,

Точна, разумна и логична.

В ней лишнего не встретишь слова

И тем крепка ее основа,

В ней изложу я свое мненье

И взгляд на это преступленье.

Кого мы видим пред собою?

Безумца с тяжкою судьбою!

Он одинок и нет вокруг

Родни, друзей или подруг,

Когда он в помощи нуждался,

То только к Богу обращался;

Больной, несчастный человек

В скитаньях проводящий век.

По подозренью докторов

Психически он не здоров;

Его ответы, поведенье,

Есть горький плод умолишенья,

А чувства страстные любви

Совсем с ума его свели;

Лишь в состояньи помраченья

Решился он на преступленье!

Виновен он? Да! Он - виновен!

Но разве смерти он достоин?

И надо ль подвергать сомненью,

Что он нуждается в леченьи?

Забота о таких убогих,

Есть нравственный закон для многих!

Мы в интересах всей страны,

Гуманность проявить должны!

 

П р о к у р о р

 

В демократической стране

Больной с нормальным наравне!

 

С у д ь я

 

А ну-ка, кто там побойчей,

Беги и пригласи врачей!

 

Толкая и пиная друг друга входят доктора.

Все сумасшедшие.

 

С у д ь я

 

Я прошу вас, господа,

Встав к трибуне, вот сюда,

Дать по делу заключенье

На предмет умолишенья.

 

1-ы й Д о к т о р

 

Мы его смотрели трое

И скажу я вам нескроя,

Что сошлись в едином мненьи:

Он нуждается в леченьи!

 

2-о й Д о к т о р

 

Медицина - вам не шутка!

Промывание желудка

Каждый день, иголки в тело

Будем мы втыкать умело,

Порошки глотать заставим

И клистир ему поставим

По утрам и вечерам,

Как и должно докторам.

 

3-и й Д о к т о р

 

Новым методам леченья

Мы поищем примененье,

Из китайской медицины

Мы испробуем вакцины.

 

1-ы й Д о к т о р

 

У него от вредных мыслей

В голове мозги прокисли;

Стоит только их промыть,

Чтоб опять он начал жить,

Как нормальный человек,

Счастлив и здоров на век!

 

2-о й Д о к т о р

 

В нос ему две трубки вставим,

Рядом, чан с водой поставим

Чтоб по трубкам без труда,

Поступала внутрь вода.

 

3-и й Д о к т о р

 

А когда мозги промоем

Для проверки череп вскроем,

Чтоб наглядно убедиться

В том, что помогла водица.

 

В с е т р о е

 

И усильем докторов

Снова будет он здоров!

 

С у д ь я

 

Я вижу, методы врачей

Серьезней, чем у палачей.

Не звери мы, а все же люди;

Казним его. Лечить не будем!

 

(обращаясь к Поэту)

 

Быть может что-то в оправданье

Сказать ты хочешь?

 

П р о к у р о р

 

На прощанье.

 

П о э т

 

Время стоит ли терять?

Нечего мне вам сказать!

Рано ль, поздно ль, все равно

Мне погибнуть суждено.

Я устал и ваши крики

Для меня пусты и дики.

 

Вы - кто мантию надел,

Кто в суде вершитель дел,

Приговор читая мне,

Послужили сатане...

И хоть я пред вами в клетке

Все же вы - марионетки.

 

( обращаясь в зал )

 

Ты народ - дурное стадо.

Для которого награда:

Кнут, дубина и петля!

Вам забавна смерть моя.

Вы достойны ваших судей,

И других у вас не будет.

 

Но один совет припас

Я для каждого из вас:

Если вдруг на склоне лет

Вспыхнет в небе яркий свет,

Прочь стремительно беги!

Свет и день - твои враги!

 

Выйдя из кромешной тьмы,

На себя со стороны

Сможешь ты тогда взглянуть,

И уродством ужаснуть

Свой привыкший к мраку взор,

Ослепленный с этих пор!

 

В сырости сиди ночной,

Избегая свет дневной,

Пожирай таких, как сам

По пещерам и лесам,

В страхе жди, что солнца луч,

Вдруг пробьется из-за туч.

 

Толпа приходит в ярость.

В Поэта летят камни.

 

С у д ь я

 

Мерзавец! Смеешь ты дерзить!

Живым тебе не долго быть!

 

(громко)

 

Казнь назначается на среду!..

 

(прокурору)

 

Поедешь к девкам?..

 

П р о к у р о р

 

Да, поеду...

 

 

Часть 2

 

Ночь.

Темница.

 

П о э т

 

И рад бы мучаться,

Но нет уж больше сил,

Лишь пустота повсюду окружает;

Она внутри, где средь могил

Злой дух безумия витает.

И нету сил! Бессилье... Нет желаний,

Стремленья нет рвануться в высоту,

Остался тяжкий груз воспоминаний,

Который камнем придавил мечту.

И боль, и стон, и тысячи проклятий,

И слов неизгладимых череда,

Все переходит в круг иных понятий,

Которых не постигнуть никогда!

Но что-то заставляет сердце биться,

И продолжает течь по жилам кровь;

Уснуть, проснуться и росой умыться

И возродиться для страданий вновь.

 

Давным-давно, в года былые,

Пешком ходил я на Восток.

Туда, где россыпи златые

Образовал сухой песок,

Где, усмирив ветра лихие,

Отряды гор встают на них,

Где в мире царствуют стихии,

И нет властителей других.

 

Там я учился слушать Бога

В стенах священного чертога,

И ощущать посланья Духа,

Неуловимые для слуха;

За шагом шаг мне открывалось,

То, что немыслимым казалось.

Я был способный ученик

И в тонкости познанья вник.

Когда же, помолившись Богу,

В обратный путь одел я тогу,

На память маленький кристалл

С собою мне в дорогу дал

Один таинственный знакомый,

Тибетский лама и ученый,

Алхимик, лекарь и мудрец.

Он был годами мне отец

И так сказал: "Произойти,

С тобою может все в пути,

И, если выхода уж нет,

Погас надежды тусклый свет,

И будет смерть тебе грозить,

Кристалл ты можешь проглотить,

И мир вокруг, как наважденье,

Рассыплется в одно мгновенье.

 

В дороге всякое бывало,

Но я не проглотил кристалла.

В пустыне, заболев проказой,

О нем не вспомнил я ни разу.

Теперь мне смерти все желают

И страшной пыткой угрожают;

Не миновать мне палачей,

Их острых крючьев и мечей;

Затравлен я подобно зверю.

На месте ли кристалл? Проверю...

Да, вот он - белая крупинка,

Сверкает, будто бы снежинка.

Не думал я, что буду рад,

Держать в руке смертельный яд.

Чтоб ужас мук предотвратить,

Его мне надо проглотить,

Но сухость в горле и во рту,

Дрожит рука и лоб в поту;

Как сильно тело хочет жить,

Но я решил, тому и быть!

Прощайте, милые друзья:

Леса, озера и поля,

Мне не увидеть больше вас;

Настал и мой закатный час.

Что ждет меня потом, не знаю.

Прощай Земля, я умираю!

Окончен путь и я не струшу.

Прими, Господь, мою ты душу...

 

Проглатывает кристалл и падает замертво.

В лучезарном свете появляется Херувим.

 

Х е р у в и м

 

Привет, Земля! Тебе я вновь,

Принес Господнюю любовь.

Бывать мне здесь не разрешают

Те, кто судьбу твою решают,

Но все же редко, иногда,

Наведываюсь я сюда

И вижу, что твоя природа

Оскудевает год от года,

Все чахнет: птицы, звери, люд;

Отрады нет; загублен труд.

 

Я знаю, недра твои пусты,

Моря мелки, леса не густы;

Тебя, скажу я наперед,

Еще немало тягот ждет,

Но потерпи совсем немного,

Не без конца твоя дорога;

Награда ждет в конце пути;

Через огонь тебе пройти

По замыслам священным надо,

Чтобы очиститься от смрада,

К любви и счастью устремиться

И новой жизнью возродиться!

 

Разверзается преисподняя;

из дыма, гари и копоти возникает Казаед

 

К а з а е д

 

В который раз тебя я здесь встречаю

И вижу, вновь решил ты мне мешать.

Меня подход сей удивляет;

Давно пора тебе понять,

За вас я грязную работу выполняю,

Вы ж крылышки боитесь замарать.

Не место тут тебе! От здешней атмосферы,

Ты быстро потеряешь цвет свой белый.

 

Х е р у в и м

 

Напрасно ты сердит, мой брат.

Поверь, никто не виноват,

Что выбран ты для страшной роли-

Губить людей в земной юдоли.

Так повелось сначала мира

И я помочь тебе не в силах.

У всех у нас забот хватает;

Ты - землекоп, я - ювелир,

Хоть время мира быстро тает,

Что делать? Так устроен мир.

У каждого есть свой талант

Я, найденный тобой алмаз,

Способен превратить в брилльянт.

Искусства наши столь различны,

Что поменяться хоть на час

С тобой нам, просто не логично.

 

Мне грустно видеть: ты несчастен.

Твой лик печален, взгляд ужасен

И слух прошел по небесам,

Что ты становишься опасен...

А помнишь? Первый день творенья,

Когда в порыве вдохновенья,

Шальной, веселою гурьбой,

Носились мы под небесами;

И не было врагов меж нами!

Какие дивные прозренья,

Какой восторг и упоенье

Мы испытали той порой!

 

К а з а е д

 

Когда б ему для развлеченья

Не захотелось утонченья

Не обернулось бы бедой

То, что казалось всем игрой.

Мне не понять который век,

Зачем был создан человек?

И не ошибся ли творец

От утомленья, наконец?

 

Х е р у в и м

 

Его мне замысел не ясен,

Но верю я, что он прекрасен.

И ты поверь!

 

К а з а е д

 

Нет больше веры,

Тому, кто знать не хочет меры!

Как бурлаки, служа отцу,

Мы тянем этот мир к концу,

Считая каждый день и час,

А он - давно забыл о нас.

 

Х е р у в и м

 

Ну, полно, братец, разве можно...

Так говорить неосторожно.

 

К а з а е д

 

Довольно! Хватит уж болтать!

Что мне велели передать?

 

Х е р у в и м

 

Я послан, чтоб сказать тебе,

Эон закончен на Земле.

Последний избранный уйдет

И час решительный пробьет.

Тех, кто остался в твоей власти

Ты волен разорвать на части.

 

К а з а е д

 

Я ждал подобного исхода

К нему готовясь год от года

И вот настал желанный час,

Он, наконец, услышал нас!

Скажи в заоблачном краю:

Я о прощеньи не молю,

Еще добавь, что мне не сложно

И я исполню все, что должно.

 

Х е р у в и м

 

Скажу я все, как ты велишь,

Но, что так грозно ты глядишь?

 

К а з а е д

 

Да ладно, бог с тобой, лети.

Смотри, не сбейся лишь с пути,

Здесь ямы и водовороты,

Не затянуло б, часом, в гроты.

 

Х е р у в и м

 

Я буду осторожен, брат.

Прощай, увидеться был рад.

 

Улетает.

 

К а з а е д

 

Дорога скатертью, прощай,

Проваливай в свой скучный рай.

 

(посмотрев на лежащего Поэта)

 

Легко тебя я не отдам

Надменным, хладным небесам!

Вставай, любезный, хватит спать,

Еще не время умирать.

 

Исчезает.

 

П о э т

(поднимаясь)

 

Яд не подействовал? Не умер я, а значит

Меня казнят на площади прилюдно,

И будет злобная толпа, ликуя,

Свидетелем моих страданий тяжких!

Но, что за шум в тюрьме глубокой ночью?

Шаги все ближе...Лязгают ключами

И дверь мою со скрипом открывают,

Уже ль пора? Но почему так рано?

 

В камеру входит священник.

Дверь за ним закрывается.

 

Святой отец, пришли вы очень кстати,

Мой дух утешить светлою молитвой.

 

С в я щ е н н и к

 

Я знаю, брат, ни в чем ты невиновен.

Своими собственными видел я глазами,

Когда стоял перед окном, любуясь

Порой закатной, дикий ужас!

Над церковью, по небу мчался всадник,

Весь в черном и в его объятьях Роза!

Уверен я, что, то был дух нечистый

Ее схватил он и унес с собою!

Но разве это дуракам докажешь?

Сочтут меня, конечно же, безумным,

Попробуй я лишь заикнуться только

О том, что видел. Результат известен!

Поверь мне, я не сумасшедший вовсе.

Тебя спасти от смерти попытаюсь,

Держи кинжал и в миг, когда охранник

Откроет дверь по моему сигналу,

Я за руки его схвачу, а ты, проворно

Ударь ножом, но только целься в шею,

Затем, в его одежды облачившись,

Ты беспрепятственно минуешь караулы

И на свободу выйдешь. Ну, смелее!

 

П о э т

 

Постой священник! Ведь рискуешь

Ты головой своею. Для чего же?

И, неужели, с точки зренья церкви,

Бродяга стал важнее, чем охранник?

 

С в я щ е н н и к

 

Я был в суде. И речь твою я слышал.

Она созвучна с мыслями моими.

В грехах погрязли люди, в самом деле,

И гнев небес давно уж заслужили.

 

П о э т

 

Так, что ж с того? Пусть их карает небо.

Я людям смерти вовсе не желаю.

 

С в я щ е н н и к

 

Пойми, они убьют тебя!

 

П о э т

 

Да, верно,

Убьют должно быть...

 

С в я щ е н н и к

 

Так беги же!

 

П о э т

 

Нет, не могу! Ценою чьей-то жизни...

 

С в я щ е н н и к

 

Решай скорее! Время на исходе!

 

П о э т

 

Нет. Уходи!

 

С в я щ е н н и к

 

Ну что ж, прощай...Охранник,

Дверь отопри! Окончена молитва.

 

П о э т

 

Постой! Ты позабыл кинжал. Возьми же.

Он мне не нужен.

 

(открывается дверь)

 

Стой, безумец!

Остановись! Не смей его ты трогать!

Охранника он обхватил и держит!

Что делать мне?

 

С в я щ е н н и к

( борясь с охранником)

 

Ну! Бей!

 

(Поэт бьет охранника ножом.)

 

Ух!..Как же ты неловок!

Ударь еще раз!

 

(Охранник падает.)

 

П о э т

 

Он смертельно ранен

И кровью истекая, тяжко стонет

На помощь призывая еле слышно.

О, Боже правый, что же я наделал!?

 

С в я щ е н н и к

 

Скорей! Мундир!

 

П о э т

 

Постой! Еще быть может,

Его спасти от смерти мы сумеем.

 

С в я щ е н н и к

 

Бежим скорее!

 

П о э т

 

Если в нас хранится

Еще хотя бы капля состраданья,

Его не можем бросить... Я останусь,

Беги один!

 

С в я щ е н н и к

 

Одно твое упрямство,

Меня до исступления доводит!

 

П о э т

 

Я им тебя не выдам!

 

Священник преображается в Казаеда.

 

К а з а е д

 

Как приятно,

Но мне бежать, отнюдь, совсем не нужно.

Всегда я буду там, где мне угодно.

 

П о э т

 

Как изменился ты и ликом и осанкой,

И на священника стал вовсе не похожим.

Я чувствую, что на мою погибель

Ты появился предо мною. Кто ты?

 

К а з а е д

 

Кто я? Я - цензор! Я - экзаменатор!

Я - света луч, направленный во тьму

Людских сердец! Я - нож в руках хирурга,

Который режет плоть, чтоб обнажились язвы!

Мой голос ты и раньше слышал часто,

Но видишь, несомненно, лишь впервые.

Теперь мы познакомимся поближе.

Ты проиграл! И перед нами вечность!

Ступай за мной!

 

П о э т

 

Нет! Никогда!

 

К а з а е д

 

Ну, хватит!

Брось эту канитель. Умей достойно

Принять свою судьбу, как подобает.

Пойдем же!

 

П о э т

 

Нет!

 

(просыпается)

 

Я спал? Какой кошмар мне снился.

Ужасный случай приключился

Со мной во сне, но слава Богу,

Что это только сон...

 

 

Городская площадь.

Казнь.

К о м п а н и я

п а р н е й и д е в у ш е к

 

Наконец-то, казнь свершилась!

Справедливость воцарилась;

Вновь спокойствие кругом,

В безопасности наш дом.

 

Никому не повредит

Злой преступник и бандит;

Он суровым палачом

С головою разлучен.

 

1-ы й Г о р о ж а н и н

 

Я видел: он, во время пытки,

Блаженно скалился в улыбке;

Видать, подвинулся в уме

За ночь до казни он в тюрьме.

 

2-о й Г о р о ж а н и н

 

Палач за дело взялся пылко,

Топор пришелся по затылку,

Затем два раза по спине

И тот уже был мертв, вполне,

Когда ж четвертый был удар,

Слетела голова, как шар!

 

К о м п а н и я

п а р н е й и д е в у ш е к

 

Некого теперь бояться,

Можно по ночам встречаться

В огороде и в саду

И купаться во пруду.

 

Чист, прекрасен белый свет

И причин для грусти нет,

Вновь спокойствие кругом,

В безопасности наш дом.

 

К а з а е д

 

Как люди на расправу скоры!

И никакие уговоры

Не смогут их остановить,

Когда им хочется убить;

Тот обречен уже на муки,

Кто только лишь попал им в руки.

 

Но шутки прочь...Бессмертен я!

И в том трагедия моя,

Что я не властен над судьбой

И мне не быть самим собой,

Пока. как черви копошась,

Вся эта низменная мразь,

Сплетаясь в яростном узле,

Плодиться будет на Земле.

Обязан я всегда быть рядом!

Вползая в душу скользким гадом,

Я пожираю в ней любовь

И насыщаю ядом кровь,

Чтобы, как черная смола,

По жилам в мозг она текла.

Убив заветную мечту,

Огнем сжигая красоту,

В сознании рождая ад,

Отлично действует мой яд!

И без любви душа черствеет,

Подняться ввысь уже не смеет;

Невыносимою тоской

Заполнится объем пустой.

Душа о помощи взывает,

Трепещет, мечется, рыдает,

Но, обессилев, быстро чахнет,

Забьется в щель и дурно пахнет.

 

Когда же, покидая тело,

Душа. вдруг, робко, неумело,

Разок другой, рискнет взлететь,

На это стоит посмотреть!

 

Расправив высохшие крылья,

Переливаясь бледной синью,

Хватая жадно воздух ртом,

Привстав с колен, взмахнет с трудом

Своими хилыми крылами

И рухнет вниз! Судите сами,

На небе жить ли ей? О, нет!

Ее погубит яркий свет.

А я даю душе приют,

Защиту, помощь и уют;

Какой ни есть, а лучше чем,

Она бы сгинула совсем.

 

Увы, меня оклеветали;

С небес, навечно в ад сослали

Родные братья, чья вина,

Доныне не искуплена!

 

Я лучшим был средь них всегда,

Не замечая, что беда

Подкралась близко и вокруг

Одни враги, но как-то вдруг,

Я это понял, обомлев,

Один оставшись против всех!

Они со мной не говорили

И прочь немедля отходили,

Лишь стоило мне подойти,

Чураясь речь со мной вести.

Враждебные встречал я взгляды

И злобный шепот слышал рядом,

Но понадеялся, глупец,

Что защитит меня Отец.

 

Когда читали приговор,

Безумье ставя мне в укор,

Напрасно ждал я от него

Хоть тень спасенья своего;

Лишь тишина, ответом мне

Была, когда припав к стене,

Я звал его, увы, напрасно...

Спустя века, мне стало ясно,

Кто был тогда всему виной,

Пожертвовав так просто мной!

Не по своей, а высшей воле,

Я исполнитель этой роли.

 

Но выход есть! Пусть не известно,

Как дело примет оборот,

Ведь, чем таинственней исход,

Тем выше честь! И так, чудесно!

Я зеркало для человека

И это мне не мудрено,

Но я пытаюсь, век от века,

Все отражения слить в одно,

И словно старый хитрый жид,

Коплю я искры осознанья,

Чтобы однажды их сложить

В одно бушующее пламя!

Я миллионы преломлений

Сведу единою чертой!

И, да поможет мне мой гений!

И, да погибнет сторож мой!

 

(преображаясь в Зверя)

 

Черт с вами, люди! Пробил мой час!

Долго копил я злобу на вас!

Время пришло! И заступников нет

Что ж вас пугает огненный свет?

Был среди вас один человек,

Он никому зла не делал вовек;

То ли юродивый, то ли больной,

Подло убит озверевшей толпой.

Господи, Боже! Взгляни-ка ты вниз!

Чем завершишь свой нелепый каприз?

Можешь послать ты хоть сто сыновей,

Все будут сожраны паствой своей!

Впрочем, чего еще ждать от тебя,

Если ты жить призываешь - любя!?

Вряд ли достоин любви этот мир,

Где в сердце каждого правит сатир!

Смысл другой здесь у слова: любовь.

Хватит! Пора людям выпустить кровь!

 

Апокалипсис.

 

 

Эпилог

 

Мир раскололся как зеркало. Тьма поглотила вселенную.

Внезапно, сквозь непроглядный мрак, засверкали звезды, и слегка покачиваясь, выплыл месяц. Легкий ветерок, играя в ветвях спящих деревьев, что-то тихо шептал молодой листве; таинственные тени лежали в низинах; на широких лугах, в такт неуловимой мелодии, колыхалась высокая трава.

На вершине холма стоял человек.

Ночное небо простиралось над его головой; воздух был чист и прозрачен.

 

П о э т

 

Как чудесно! Все же, где я?

От чего так ноет шея?

Как попал я в этот край?

Неужели это рай?

Ничего не понимаю;

Словно сон припоминаю,

Без вины меня схватили

И на площади казнили.

Зачитали приговор,

Молнией сверкнул топор,

Закружилось все вокруг,

И почувствовал я вдруг,

Будто в пропасть я лечу,

Хоть того и не хочу.

Все цвета перемешались,

Закипели и распались,

Вдруг, внезапно пред собой

Я увидел свет земной.

 

Г о л о с Р о з ы

 

Это видишь Ты,

Это знаю я:

Новая Земля,

Чистая Земля!

 

Дождик золотой

Пролился с небес,

Где пылал огонь

Зеленеет лес.

 

Третии врата

Пройдены теперь;

Сердца чистота

Охраняет дверь.

 

Реки и моря,

Звезды и цветы;

Новая Земля,

И Ты...

 

П о э т

 

Чудесный голос узнаю!

Сомнений нет! Любовь мою

Я слышу где-то в вышине!

Но где же ты? Откройся мне!

 

Г о л о с Р о з ы

 

Я - все что есть вокруг тебя:

Земля и воздух - это я,

Морей бескрайние просторы,

Леса, поля, озера, горы,

И все, что видишь ты вокруг

Все это - я.

 

П о э т

 

Мой нежный друг!

Мне кажется, я понимаю.

Но как мне звать тебя?

 

Г о л о с Р о з ы

 

Не знаю...

Зови меня, как тот цветок,

Который видишь ты у ног.

 

П о э т

 

Ведь это - роза! Я был прав!

Как ты прекрасна, миром став!

И я, отныне - часть твоя!

 

Г о л о с Р о з ы

 

Не столь огромна власть моя.

Нет! Ты - не часть, а гость и пленник,

Мой добрый друг и собеседник,

Властитель, зодчий и поэт.

Один, как Бог! Других здесь нет.

 

П о э т

 

Так я один? Какое чудо!

Раздолье дивное повсюду!

Ужель сбылась моя мечта?

Какая ж, право, красота!

Мне по душе страна твоя!

Жить средь людей не в силах я.

Во всем они друг другу лгут,

Бездарны их закон и суд!

 

Г о л о с Р о з ы

 

Оставь обиду на людей

Садись на беркута скорей,

И пусть, стремительный полет

От мрачных мыслей отвлечет.

Скажи! И мы помчимся к морю!

Я бурю для тебя устрою!

Иль, хочешь? Огненный вулкан

Могучий выплеснет фонтан!

Смотри! Весь мир перед тобой;

Отныне, мы одной судьбой

Друг с другом связаны на век,

Свободный дух и человек!

 

Прошел год.

Поэт задумчиво печален.

 

Г о л о с Р о з ы

 

О чем ты думаешь? Скажи,

В себе заботу не держи.

Меня печалит грусть твоя.

 

П о э т

 

И сам не понимаю я...

Меня не радует простор,

И холодность далеких гор,

И все вокруг, давно постыло;

В пустыне - жарко, в речке - сыро.

Мне стало плохо одному,

Хоть не пойму я, почему?

Жизнь в отдаленье от людей,

Всегда была мечтой моей

И вот - совсем нет никого,

Но мне не легче от того.

 

Г о л о с Р о з ы

 

Увы, понятна грусть твоя...

Помочь тебе могла бы я,

Но потеряешь ты тогда,

Меня, как друга навсегда.

 

П о э т

 

Ну что, скажи, худого в том,

Коль буду с кем-то я вдвоем?

Ужель от этого, мой друг,

Все переменится вокруг?

Когда бы вновь я полюбил...

 

Г о л о с Р о з ы

 

Я вижу, все ты позабыл!

Люби меня! Мою природу!

Зачем нужна толпа народу?

Как саранча они пожрут

Мою планету, весь мой труд!

Зачем ты хочешь повторить

Все то, чему не должно быть?!

Иль может, мало от людей

Ты претерпел в судьбе своей?

Ужель исход тебе не ясен?

 

П о э т

 

Но я на все пойти согласен!

И сердце шепчет мне: "Пора!"

Еще не кончена игра!

 

Г о л о с Р о з ы

 

Ты опрометчив на словах,

Опасность есть в таких делах.

Небрежно брошенное слово,

Может откликнуться сурово.

И принести немало бед,

Каких еще не видел свет!

 

П о э т

 

Да будет так! Пусть люди вновь,

Прольют в песок вино и кровь,

Но плод божественной любви

Осуществит мечты свои!

Я так хочу!

 

Г о л о с К а з а е д а

 

Не нов сюжет!

Готовь ребро свое, Поэт...

 

Проголосуйте
за это произведение

Что говорят об этом в Дискуссионном клубе?
221195  1999-10-13 11:31:10
Дмитрий Шарко
- По совету Юрия Нечепоренко прочитал поэму "Казаед". Автор молодец, завидую его легкому дыханию. Читается легко, как вода пьется. Хорошая пьеса для народного театра. НО,СЛИШКОМ УЖ РЕАЛИСТИЧНАЯ: Народ быдло, поэта мочат. возлюбленная торгует своей молодостью, судьи негодяи, священник бессилен, всем правит дьявол. Большая претензия на серьезность и глубину, а получилось мрачно как в обычной газете. Мне здесь НЕ ХВАТАЛО юмора, гротеска, короче КАРНАВАЛА. Не хотелось бы, что бы мы - поэты:) соревновались с журналистами, увидел окурок на полу и тот час: "Дневальный!!!". Пусть газетчики мусор убирают. А ты мне мил человек картиночку нарисуй, рассмеши, прослези и душу мою успокой. Почему поэты так любят смерь? Потому, что жизнь для них кажется сплошной казнью, и за это они начинают ее казнить словом, а жизнь, она как женщина - как подойдешь, так и поведется. Беда в том, что поэт в душе сам женщина: "Не поняли меня глупцы ну и пошли вы все к черту." Однако слова и образы усиленные искусством обладают реальной властью над материей. Однажды в одном провинциальном театре , в одной антитоталитарной пьесе я играл роль древнемексиканского жреца. Центральной сценой было жертвоприношение. Жрец с помощью своих потенциальных жертв, вырезал сердце одной жертве восставшей против системы. Во время этого действия у меня из носа хлынула кровь. Нож был картонный - кровь настоящая. Не думайте много про Бабая, а то он придет.

221197  1999-10-13 19:25:37
Алита Солдатова
- Очень понравилось. Глубоко филосовская вещь с драматическим акцентом. Поэма позволила взглянуть на Бога не как на что-то личностное, а как на вездесущую силу, которой подвластно все...

221253  1999-10-21 13:15:39
РОМАН
- КОНГИНЕАЛЬНО!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

266032  2005-10-23 11:23:11
мараторий
- начал стало быть читать.

удивительно как-то сопостовляется...

читаем далее.

296897  2011-10-03 05:22:19
- Очень понравилось. Поэма позволила взглянуть на Бога по другому. Недавно прошлось обратится к специалистам по чип тюнингу, так пока они работали я прочел поэму в салоне авто (хорошо есть бук). Теперь я постоянный посетитель этого ресурса.

297355  2011-11-03 22:50:10
- Кузовной ремонт и покраска автомобилей в Москве. Скидки от 5%, а также бонусные баллы и подарки. Гарантия на все виды услуг 6 месяцев.



Ссылка на Русский Переплет



Aport Ranker

Copyright (c) "Русский переплет"

Rambler's Top100